Наравне со всеми
Доступно ли образование каждому ребёнку?
Ребёнок с нарушением зрения проходит в школе ту же программу, что и его сверстники, — учит те же буквы и решает те же задачи. Просто путь к знаниям у него другой: кто-то читает пальцами по Брайлю, кто-то — по учебнику с крупным шрифтом или с лупой, а кто-то воспринимает материал на слух. Если всё необходимое под рукой, учёба идёт спокойно и без лишних трудностей. Если нет, ребёнку приходится тратить гораздо больше сил. Равный доступ к образованию — это не только место в классе, но и всё, что нужно, чтобы учиться вместе со всеми.
По данным Министерства просвещения, на начало 2025–2026 учебного года в стране было зарегистрировано больше 237 тысяч детей с особыми образовательными потребностями, из них 165 тысяч — школьного возраста. Детей с нарушениями зрения среди них 6,1 тысячи, или 2,6%.
Что гарантирует государство
В Казахстане действует целая система помощи детям с особыми потребностями. По данным министерства, сейчас в стране работает 541 организация специального образования. Весной министерство сообщало, что среди них 99 специальных школ и 48 специальных детских садов, а помощь специалистов получают почти 214 тысяч детей.
Для детей с нарушениями зрения по всей стране работают 16 специальных школ и 12 специальных детских садов, а при обычных школах и садах открыты 115 специальных классов и 90 групп. В специальные школы и классы принимают и незрячих, и слабовидящих.
Слабовидящими считают детей, которые даже в очках видят лучшим глазом на 5–40% от нормы, то есть острота зрения у них от 0,05 до 0,4.
Права этих детей подробно прописаны в нормативных актах. Условия их обучения закреплены в Типовых правилах деятельности организаций образования, утверждённых в 2022 году. Последние изменения в них внесли приказом исполняющего обязанности министра просвещения от 17 сентября 2026 года № 263-НҚ.
По этим правилам незрячим ученикам положены учебники и книги шрифтом Брайля — с рельефными рисунками, чертежами и схемами, которые можно изучать на ощупь. Слабовидящим — учебники с крупным шрифтом и специально подготовленными иллюстрациями. В школе должна быть тифлотехника: лупы, увеличивающие аппараты, телевизионные и светотехнические устройства. С детьми должны заниматься развитием остаточного зрения, учить их ориентироваться в пространстве и в быту, а за их зрением должен следить офтальмолог в специально оборудованном кабинете.
Но специальная школа — не единственный путь. Ребёнок может перейти в обычную школу на любом этапе учёбы. Обычные школы могут принимать детей с особыми потребностями в общий класс (не больше трёх человек в одном классе) или открывать для них специальные классы. Одной из задач школы правила прямо называют создание условий, при которых у всех учеников есть равный доступ к образованию с учётом их особых потребностей. Сейчас больше 96 тысяч детей с особыми потребностями учатся вместе со сверстниками в обычных школах. А к концу 2025 года условия для инклюзивного обучения создали в 92,5% организаций образования.
С чем сталкиваются дети
Несмотря на то что права таких детей закреплены в документах, на деле проблем пока хватает. Ведь учиться ребёнку помогают не правила на бумаге, а учебники, техника и педагоги рядом.
Учебники. На май 2026 года для детей с нарушениями зрения было около 200 учебников и учебных пособий: примерно половина из них издана шрифтом Брайля, половина — крупным шрифтом. Ещё больше сотни учебников тогда были в работе — их готовили, проверяли или утверждали.
Но даже этих книг в классах не хватает.
По данным сенаторов, у слабовидящих детей нет больше половины нужных учебников с крупным шрифтом.
Острее всего нехватка у младших школьников: с подготовительного по третий класс нет 27 учебников из 42. Тетради со специальной разлиновкой и наглядные пособия тоже поступают нерегулярно, поэтому детям часто приходится заниматься по обычным материалам. От этого сильно устают глаза, а учиться становится труднее.
Специалисты. С детьми с особыми потребностями работают больше 11 тысяч специальных педагогов, но их всё равно не хватает, особенно в крупных городах и густонаселённых регионах. Для ребёнка с нарушением зрения ключевой специалист — тифлопедагог, то есть педагог, который работает именно с такими детьми. Он помогает освоить шрифт Брайля, научиться ориентироваться в пространстве и сохранить то зрение, которое у ребёнка есть. Но тифлопедагогов в стране всего 131, а детей, которым нужна их помощь, в десятки раз больше. По оценке министерства, стране не хватает ещё 118 таких специалистов.
Оборудование. Современной техники для детей с нарушениями зрения в школах не хватает, а та, что есть, давно устарела. Например, в астанинской школе-гимназии № 10 имени Ж. Ташенева учатся больше ста незрячих и слабовидящих детей. Оборудование для охраны зрения там покупали в 2005 и 2015 годах, когда открывали специальные классы, и с тех пор не обновляли, поэтому детям стало сложнее сохранять зрение. О похожих трудностях говорят и сами учителя. В 2025 году ЮНИСЕФ опросил 136 педагогов из четырёх регионов. Все они работают с детьми с самыми разными особыми потребностями, а не только с нарушениями зрения. Большинство признались, что им не хватает знаний и подготовки, а в школах мало учебных материалов и специалистов. Подходящего оборудования, по данным организации, тоже часто нет.
Учёба дома. Сейчас на дому учатся 17 тысяч детей с особыми потребностями, большинство из них — дети с инвалидностью. Чтобы ребёнок мог ходить в обычный класс, рядом должны быть помощник, нужная техника и учитель, который знает, как с ним работать.
Как всё это выглядит на деле, рассказала тифлопедагог детского центра «Чувствуя жизнь» Далида Хасан:
«Учебников по Брайлю и с крупным шрифтом не хватает. Особенно на казахском языке, по математике, физике и географии. Не хватает и рельефных карт, и прописей по Брайлю».
По её словам, дети пользуются электронными учебниками, аудиокнигами и тифлотехникой. В специальных школах работают с программой JAWS, которая читает текст с экрана вслух, а в библиотеках есть аудиокниги, брайлевские дисплеи и принтеры. Но техники мало, и есть она в основном только в больших городах.
Ребёнок может готовиться к урокам и самостоятельно, но только если у него есть всё необходимое.
«Нужен свой ноутбук или дисплей с JAWS, умение им пользоваться и задание в текстовом или аудиовиде, а не фото доски. Без этого никак», — объясняет Далида Хасан.
Поэтому, по её словам, большая часть нагрузки ложится на родителей: мама часто становится для ребёнка вторым учителем. Тифлопедагогов в школах не хватает, техника стоит дорого, а семьи нередко даже не знают, что положено их ребёнку. Если же ребёнок учится дома, он к тому же оказывается оторван от сверстников.
Что уже меняется
Но перемены всё же есть. В школах появились педагоги-ассистенты, и благодаря им около двух тысяч детей, которые раньше учились дома, смогли пойти в класс вместе со сверстниками. Более чем в тысяче школ открыли кабинеты поддержки инклюзии. А в 2025 году Казахстан впервые принял Всемирный конгресс по инклюзивному образованию — он прошёл в Алматы.
Готовят и новых специалистов. Специальную педагогику изучают 5 424 студента в 17 вузах, а курсы по инклюзии каждый год проходят больше 60 тысяч учителей. Чтобы специальных педагогов стало больше, число государственных грантов на их подготовку увеличили до 800 мест. Специалисты нужны ещё и для того, чтобы меньше детей учились дома: это одна из целей Концепции «Дети Казахстана» на 2026–2030 годы.
Отдельное направление — ассистивные технологии, то есть техника, которая помогает ребёнку учиться, когда ему трудно читать или писать самостоятельно:
программы, которые читают текст с экрана вслух, электронные лупы, брайлевские дисплеи.
В 2025 году государство вместе с ЮНИСЕФ выяснило, какая техника нужна детям в школах. Пилотный проект был рассчитан прежде всего на детей, которым трудно общаться или писать, а не только на детей с нарушениями зрения. По его итогам 34 ребёнка получили личные устройства, а 11 школ — наборы оборудования, которыми смогут пользоваться больше 16 тысяч детей. Кроме того, больше 12 тысяч работников образования прошли обучение.
Свою часть работы берут на себя и благотворительные организации. Например, Samruk-Kazyna Trust — благотворительный оператор фонда «Самрук-Қазына» — в 2025 году построил в Семее библиотеку для незрячих и слабовидящих людей.
Но помогать детям учиться берутся не только государство и фонды. Своё решение предложили и студенты Maqsut Narikbayev University.
Foxes Audiobooks — инициатива студентов MNU
Foxes Audiobooks — бесплатный образовательный сайт-аудиобиблиотека, который студенты Международной школы журналистики Maqsut Narikbayev University сделали для незрячих и слабовидящих детей. На нём собраны учебники начальной школы, с первого по четвёртый класс, по всем базовым предметам школьной программы. Все они выпущены издательством «Алматыкітап». Сайт работает на казахском и русском языках.
Идея проекта появилась после того, как студенты съездили в детский центр «Чувствуя жизнь», где занимаются дети с нарушениями зрения. По словам команды, это единственный центр в Астане, где детей с нарушениями зрения учат бесплатно, поэтому на занятия сюда приезжают даже из других городов. Сначала они решили узнать, что действительно нужно детям, и поговорили с руководителем центра, педагогами, родителями и самими детьми.
«Нам говорили, что не хватает книг шрифтом Брайля именно для начинающих. Урок проводится отдельно с каждым ребёнком, и большинство книг у них в единственном экземпляре, поэтому дети учатся по одной и той же книжке, просто в разное время», — рассказывает руководитель проекта, студентка третьего курса Арина Мусабекова.
Команда решила помочь центру и подарила ему 12 книг шрифтом Брайля. Тогда же студенты узнали, что такие книги стоят в два-три раза дороже обычных — около 11–12 тысяч тенге за штуку, — и у них появилась идея перевести учебники в онлайн, чтобы они были бесплатными и доступными любому ребёнку. Начать решили с младших классов: как выяснили студенты, многие дети приходят в центр именно за начальной школьной программой, потому что других бесплатных занятий, подходящих для детей с нарушениями зрения, у них нет.
«В аудиоформате чаще всего выпускают художественную литературу, а школьных учебников в таком виде мы не встретили. Ещё нам было важно продвигать материалы на казахском языке», — объясняет Арина Мусабекова.
Сайтом можно управлять голосом. Когда ребёнок заходит на сайт, ему достаточно сказать слово «ассистент» на казахском или русском, и ассистент расскажет, чем может помочь. Дальше ребёнок просто называет, что ему нужно, например математику за первый класс, второй раздел и конкретное задание, и ассистент зачитывает весь текст этого раздела, а заодно показывает изображение страницы учебника. Чтобы остановить чтение, достаточно сказать «стоп». Аудиозаписи учебников доступны в любое время, поэтому ребёнок может включить нужный урок и заниматься тогда, когда ему удобно, а не только на занятии с педагогом. Сайт запустили совсем недавно. До запуска его проверили вместе с детьми, они попробовали включать уроки голосом, и им понравилось. Дальше команда будет развивать сайт и надеется, что скоро дети начнут заниматься на нём постоянно.
При этом сайт не заменяет учебники по Брайлю, книги с крупным шрифтом и занятия с тифлопедагогом, а дополняет их и выручает, когда нужной книги нет под рукой.
Что дальше
Официальные цифры показывают, что перемены есть: школ с условиями для инклюзии становится больше, а детей, которые учатся дома, — меньше. Но за каждой цифрой стоит конкретный ребёнок, и нужный учебник важен ему сейчас, в этом учебном году, а не через несколько лет.
По мнению Далиды Хасан, прежде всего инклюзия должна стать реальной в каждой школе.
«У ребёнка должны быть адаптированный учебник, тифлопедагог и рабочее место с JAWS», — говорит тифлопедагог.
Ещё она предлагает создать единый банк учебников сразу в трёх форматах — шрифтом Брайля, крупным шрифтом и в аудиоверсии на казахском языке — и учить пользоваться техникой не только детей, но и учителей с родителями.
Многое здесь зависит от государства, но помочь может каждый — педагог, родитель, волонтёр или студент. Пример тому — Foxes Audiobooks: студенты увидели, что детям не хватает учебников, и сделали так, чтобы школьную программу можно было слушать.
Фото на обложке: Тима Мирошниченко / Pexels
